№23 (375) 30 июня 2008 года

Самый опасный город в стране

№23 (375) 30 июня 2008 года
И вновь федеральное издание признало то, о чем так долго и много писал «Пермский обозреватель». Эксперты аналитического центра основывались на официальной статистике Росстата и МВД, а также на собственных расчетных показателях. Исследование проводилось в 156 городах России с населением более 100 000 человек. В рейтинг вошли 50 опасных городов страны. Для оценки криминальной ситуации взяты средневзвешенные данные за 2002–2006 годы. Прогноз на 2008 год – это оценочные данные, моделирующие рост или падение количества преступлений. Прогноз составлялся по трендам прироста или падения за 2002–2006 годы.

Анализ проводился по следующим видам преступлений: насильственная преступность (преступления против личности) – убийство и покушение на убийство, изнасилование и покушение на изнасилование, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью; преступления против собственности – грабеж, разбой, кража. А также преступления в сфере экономики и преступления, связанные с незаконным оборотом наркотиков.

По городам России МВД публикует только сводную статистическую информацию, без конкретизации по видам преступлений. Для получения данных по конкретным видам преступлений в определенном городе эксперты центра проводили специальный анализ, используя данные о структуре преступности в данном регионе, с поправкой на общие данные по структуре преступности в российских городах аналогичного типа.

МВД не публикует детальной статистики по городам, только по регионам – так что журналисты Newsweek решили самостоятельно выяснить, какие города в России меньше всего совместимы с жизнью. Заказанное у социологов исследование длилось почти три месяца, и в результате мы не только получили рейтинг самых опасных городов родины, но и смогли определить лидеров по разным видам преступлений. Окинув взглядом криминальную карту России, корреспонденты Newsweek поехали изучать нелегкие судьбы трех городов: Кызыла, лидирующего по убийствам и изнасилованиям; Биробиджана, города с самым высоким уровнем наркопреступлений; и Перми, абсолютного чемпиона в общем зачете по уровню преступлений.

Москвичи такие наивные…

638 преступных деяний на 10 000 жителей в прошлом году – больше, чем в любом другом российском городе. На первую строчку рейтинга Пермь выдвинули кражи, грабежи и разбои. Генерал-лейтенанту, начальнику пермского ГУВД Юрию ГОРЛОВУ удалось «свалить» всю вину за высокие криминальные показатели на… Василия СНЫРЦЕВА, бывшего офицера ГУИН, который в 1970-х годах предложил создать в Прикамье специальную зону для «воров в законе», так появился «Белый лебедь» и огромное количество криминальных авторитетов. Обвинив историю и ее персонажей в том, что по улицам Перми сегодня ходить небезопасно, руководство краевой милиции убедило москов-ских журналистов в том, что оно, нынешнее руководство, вроде как и ни причем. «Мы в курсе ситуации, криминальные показатели у нас одни из самых высоких, и так сложилось исторически. Так что нам нет нужды оправдываться», – заявил глава пресс-службы пермского ГУВД Евгений ГОРБАЧЕВ.

Ему вторит и замначальника пермского РУБОПа Сергей КАЙГОРОДОВ: «Весь север Пермского края – это зоны, у нас их 49, это больше, чем где бы то ни было. Сидит здесь примерно 40 000 осужденных, 7000–8000 из них ежегодно освобождаются, а дальше, по идее, все эти люди должны разъехаться по домам. Но транспортная структура края отстроена так, что уехать отсюда в другие регионы можно только по Транссибу, а главный железнодорожный узел – именно в Перми. Наша краевая столица оказалась чем-то вроде накопителя. В соседней Свердловской области тоже немало исправительных колоний, но там освободившиеся сразу рассасываются в разные стороны».

В сказку про то, что у нас на каждом шагу «отрабатывают» сотовые телефоны из-за исторической и транспортной несправедливости, москвичи охотно поверили. Еще бы, ведь их сводили на Северное кладбище, где похоронены криминальные авторитеты, в том числе небезызвестный Якутенок, спортсмены тире бандиты, «каталы» (шулеры, термин из мира игры в карты). Рассказали и про тех «авторитетных бизнесменов», которые сейчас имеются в городе и за которыми «следят» все, включая милицию, ФСБ и даже, наверное, пожарных. Владимир ПЛОТНИКОВ, Владимир НЕЛЮБИН, Вячеслав ЗУБКОВ – в Прикамье, наверное, только младенцы и заезжие московские журналисты не знают, что эти дяди то ли были «бандитами», то ли остались ими. Увлекшись подробностями из «лихих девяностых» и смакуя емкое словечко «общак», корреспонденты федерального издания упустили из виду действительные причины высокого роста преступности в регионе.

В разведку боем!

Для того чтобы понять, почему Пермь напоминает Чикаго 30-х годов, нужно-то было всего ничего. Просто выйти на улицу часов этак в 19.00 (обычное время возвращения с работы) и погулять до наступления темноты. Если не привяжутся какие-нибудь «пацаны», вечно нуждающиеся в «сигаретках», «деньгах на проезд» и в чужих мобильных телефонах, то несказанно повезло. А можно было бы попросить какую-нибудь девушку пройтись в одиночестве… Без внимания людей не-определенной, да и определенной национальности она бы не осталась. Еще один показательный эксперимент можно было бы провести с каким-нибудь юношей, отличающимся от «мальчиков» в спортивных костюмах. Допустим, у юноши длинные волосы, убранные в хвост, или очки, выдающие его привязанность к книгам. Его бы обязательно побили. Просто так, даже не взяли бы ничего. «Нарваться» на наркомана в поисках дозы – тоже не проблема.

Для тех московских коллег, которые посмелее: выехали бы из центра города, например, в Кировский район или в Балатовский парк – узнали бы, есть ли жизнь после смерти, или – в самом оптимальном варианте – как быстро срастаются ребра. Но самое интересное началось бы тогда, когда вы попытались бы пожаловаться на преступников в милицию.

Про Ван Гога и Магадан

Вот тут-то, в переполненной дежурной части, вы бы и узнали, настоящие причины разгула пермской преступности: катастрофическая нехватка кадров, низкие зарплаты, устаревшее морально и физически оборудование, требующие ремонта помещения, нехватка патрульных машин. Здесь бы вам рассказали, как вместо того, чтобы обеспечить милиционеров нормальной формой, выдать участковым Пермского района обещанную премию, Горлов с губернатором ЧИРКУНОВЫМ смешат народ, балуясь воздушными шарами из Израиля. Потраченные впустую бюджетные миллионы болтаются над городом исключительно в хорошую погоду.

Горлов даже попытался сравнить пермских и магаданских преступников (Горлов работал на Дальнем Востоке): «В Магаданской области тоже полно потомков бывших заключенных, но там погоду делали всевозможные «политические», это очень чувствуется. В Магадане бывшие зэки были носителями культуры: библиотеки, театр, выставки, краеведение – все это плоды труда магаданских освободившихся и их детей. Здесь, напротив, контингент формировался десятилетиями за счет уголовников, и из колоний ползет не культура, а сплошная воровская традиция». Ага, так и видим: идут магаданские маньяки и воры дружно грабить и совершать преступления, и у каждого по томику Пушкина в кармане или репродукции Ван Гога за пазухой…

Глупости. Ничем преступники Дальнего Востока от пермских не отличаются. Разве что отличается манера управления регионом: в Перм-ском крае установлены определенные правила для высокопоставленных чиновников, и Горлов с охотой по ним играет. По этим правилам можно «забить» на поимку действительно преступников и устроить травлю неугодной властям газеты. Можно поработать и, может быть, подзаработать на выборах. Да много чего можно сделать, лишь бы не служить.

Мужик слово держит?

Два года назад Олег Чиркунов пообещал подать в отставку, если уровень преступности в регионе возрастет.

КОММЕНТАРИИ