Проблема с короотвалом обостряется. Надеяться на дожди глупо,
причину экологического бедствия нужно устранять.
Что делать с Краснокамским короотвалом? Кора и древесный мусор накапливались в устье реки Ласьвы в течение нескольких десятков лет. Это поле древесных отходов образовалось в результате деятельности Краснокамского целлюлозно-бумажного комбината (ЦБК). Кора – не объект переработки бумажной промышленности. Поэтому еще с советских времен хлысты, пришедшие по Каме на заводскую пристань, очищались от коры и сучьев и других ненужных фрагментов и уходили в цеха комбината. А весь оставшийся мусор благополучно сваливали неподалеку от пристани. И постепенно площадь в 20 га покрылась горой древесных отходов высотой с девятиэтажный дом.
Древесная кора – это природный аналог пластмассы, которая разлагается довольно плохо, а горит весьма хорошо. Поэтому короотвал пережил на своем веку несколько пожаров, имевших как бытовые, так и природные источники возгорания. Послед-ний случился в середине прошлого лета. Засуха, сухие грозы, открытый доступ на неохраняемый объект (рядом с ним всего один предупреждающий баннер) – все это вполне могло стать причиной пожара, продолжавшегося несколько месяцев. Понятно, что верхнее пламя сбили довольно быстро, однако плотность наваленного мусора чрезвычайно низка. И даже в нижние ярусы этой огромной кучи проникает достаточно воздуха, чтобы поддерживать скрытое горение.
Два бульдозера – два миллиона
Любому школьнику известно, что при таком варианте выделяется наибольшее количество дыма, которым вынуждены дышать почти 10 тысяч краснокамцев.
Светлана Иванова, депутат земского собрания Краснокамского района, председатель СТОС поселка Заводской:
– По данным наших лечебных учреждений, за период горения короотвала в прошлом году как минимум вдвое участились обращения с различного рода респираторными заболеваниями даже среди относительно здорового населения. Не говорю уже об аллергиках и астматиках. Очень трудно себе представить, как они вообще пережили этот период, поскольку, выйдя на остановку даже на противоположном от отвала берегу Ласьвы и простояв там минут десять-двадцать, и здоровые люди начинают задыхаться.
К марту 2011 года жители Заводского окончательно потеряли терпение – пригрозили перекрыть федеральную трассу. Депутатам краснокамской городской думы пришлось собирать экстренное заседание. Два миллиона рублей на ликвидацию пожара были найдены.
В срочном порядке муниципальные власти подрядили фирму ООО «Мелиоратор». Очаги возгорания были ликвидированы, но два бульдозера подрядной организации остались на объекте. Как потом выяснилось, два миллиона – сумма недостаточная для кардинального решения проблем, и в случае, если город или район изыщут дополнительные средства, то работы продолжатся.
Михаил Сретенский, лесничий Черняевского лесопарка:
– Мне приходилось тушить этот короотвал еще в 1996 году, жив еще был мой отец Владимир Сретенский. Нам тогда удалось справиться с огнем благодаря его технологии тушения. Там действительно используются два бульдозера. Я слышал про участие в последнем тушении, но поскольку подрядчики были выбраны срочно и без конкурса, то я не могу знать, выдержали ли технологию в полной мере или нет.
муниципалитету неоткуда взять средств. Власти города уверяли, что даже 2 млн нужно будет взыскивать, вероятнее всего, через суд, поскольку даже эти расходы изначально в бюджет не были заложены. Вопрос только, с кого взыскивать.
Краснокамский ЦБК уже не отвечает за эту свалку, поскольку с 2003-2004 года перестал считаться федеральным унитарным предприятием.
Теперь это ОАО ЦБК «Кама», принадлежащее частным московским структурам. При приватизации зона короотвала была исключена из имущества предприятия. Какие именно структуры должны вернуть 2 млн руб., неясно.
Намусорили, а убирать кто будет?
Ясно только одно: бесконечные тушения, аншлаги, и даже охрана по всему периметру – путь латания брешей, но никак не выход из сложившейся ситуации.
– Один из немногих выходов, который я вижу, – продолжает Михаил Сретенский, – это вывоз коры на поля в сочетании с накопившейся там золой – отличное удобрение.
Вывезти на поля все это изобилие в несколько десятков тысяч тонн – задача нелегкая. К тому же в технической стороне этого вопроса обнаружились некоторые нюансы.
Александр Бровцев, директор ЗАО НПО «Экоресурсы Урала»:
– Просто бросить на поля содержимое отвала без дополнительной переработки – означает вывести эти сельхозугодья из оборота на несколько лет. Кора в непереработанном виде создаст на поверхности своеобразный экран, через который не сразу пробьется даже вездесущая сорная трава. Мы имеем такую технологию, она запатентована. Мало того, у нас есть необходимые документы, прошедшие и на уровне региона, и на уровне федерации все процедуры, дающие разрешение на утилизацию короотвала.
На реализацию этого проекта было выделено несколько десятков миллионов рублей из федерального бюджета. Тогда мы еще были муниципальным предприятием. С нашей стороны все условия были выполнены, а со стороны местной администрации – нет. И Урал НИИ Экологии было вынуждено вернуть деньги обратно.
Дальнейшие длительные возгорания неизбежны. Ближайшее, кстати, по всей вероятности, случится с наступлением ясной и сухой погоды. Поскольку короотвал по берегу Ласьвы уже дымится. Выйти огню наружу мешает только верхний слой, основательно промоченный обильными июньскими дождями.
